«Позорься. Лезь куда хочешь. Умничай. Будь сложнее. Раскатай губу, уходи не попрощавшись. Любовь не нужно выпрашивать, жизнь не нужно откладывать, отдых не нужно заслуживать. Будь громче воды, выше травы. Выпендривайся, хвастайся, это всё можно». Прочитайте это ещё раз, и твой мозг в это поверит.
Не поверит...
Не потому, что список неправильный. Список как раз хороший, и почти каждый пункт в нём — про одно и то же действие: сделать шаг, не имея гарантий. Заговорить первым. Написать. Попросить. Уйти. Выдержать отказ и не рассыпаться. Всё остальное — формулировки.
Проблема в том, что способность к этому шагу не выдаётся повторным прослушиванием. У неё есть биохимический адрес.
Не гормон мышц
Тестостерон в обиходе — про спортзал и либидо. В физиологии он про поведение.
Это гормон инициативы: готовности начать, выдержать неопределённость, поставить на кон репутацию и не умереть от стыда, если не вышло. Гормон, который делает возможным то, что в цитате выше называют «лезь куда хочешь».
Когда его становится мало, человек не превращается в труса. Происходит другое, менее заметное: сужается диапазон. Пропадает не смелость, а желание. Планы откладываются на потом, разговоры — на подходящий момент, отдых — на когда закончится этот период. Появляется раздражительность и удивительно спокойное «мне и так нормально». Человек почти никогда не описывает это как дефицит. Он описывает это как усталость. Или как «повзрослел».
В конспектах со Школы молодых Д-докторов, где слушатели записывали за лекторами главное, есть строка, которая держится в памяти лучше любого определения:
«Страхи — дефицит тестостерона».
И там же, чуть ниже: «Все страхи в нашей голове». Одно другому не противоречит. Голова — тоже орган, и работает она на том, что до неё доехало.
Это не только про мужчин
Половина списка — «выпендривайся», «хвастайся», «будь громче воды, выше травы» — адресована в первую очередь женщинам. Тем, кого всю жизнь учили ровно обратному.
Тестостерон вырабатывается у женщин всю жизнь, и если считать в абсолютных величинах, его больше, чем эстрадиола. Он участвует в поддержании мышечной массы и плотности кости, влияет на либидо, настроение, когнитивные функции, энергетический обмен. И на амбиции — то самое «хочу больше», которое принято объяснять воспитанием и характером.
Разговор об этом десятилетиями был закрыт: за словом «тестостерон» в женском контексте тянулся шлейф спортивной фармакологии, а страх назначения передавался от поколения врачей к поколению. Только в сентябре 2026 года FDA впервые провёл отдельный научный воркшоп, целиком посвящённый применению тестостерона у женщин в менопаузе. Не решение и не разрешение — попытка разобраться, что известно и чего не хватает. Но сам факт разговора вслух — уже сдвиг.
Почему завод останавливается
Тестостерон не берётся из воздуха и не зависит от установки на успех. Его производство начинается внутри клетки, в митохондрии — там идут первые шаги стероидогенеза. Если митохондрия работает плохо, дальше по цепочке уже неважно, чего человек себе разрешил.
А работает она плохо чаще, чем принято думать. Хроническое воспаление подавляет стероидогенез. Дефицит железа, витамина D, нарушенный сон, инсулинорезистентность — каждый пункт по отдельности выглядит мелочью, вместе они складываются в состояние, которое Ганс Селье называл фазой резистентности: организм ещё компенсирует, человек ещё справляется, но компенсация обходится дорого.
Оплачивается она в первую очередь необязательным. Смелость — необязательна. Инициатива, азарт, желание лезть куда не просят — всё это первым уходит в счёт за то, чтобы просто держаться.
Поэтому «просто устал» и «ничего не хочу» — не два разных состояния, а одно, рассказанное с разных сторон.
Одинаковых разрешений не бывает
Есть ещё одна деталь, которая ломает логику таких текстов. Чувствительность к тестостерону у людей разная и заложена генетически: она зависит от строения андрогенного рецептора. Норма — 19–22 повтора; при более коротком варианте чувствительность выше, при длинном ниже. При одном и том же уровне гормона в анализе двое будут чувствовать себя по-разному.
Формулировка со Школы: «И нет такого, что одно хорошо, а другое плохо. Есть факт индивидуальности».
Чего делать не надо
Прочитав такой текст, легко сделать неверный вывод: раз смелость упирается в тестостерон, надо срочно себе его добавить.
Гормональная система работает как оркестр, а не как набор отдельных инструментов. Тестостерон связан со щитовидной железой, с уровнем железа, с витамином D, с эстрогенами и прогестероном, с тем, как вы спите и в каком состоянии обмен веществ. Добавить один гормон, не посмотрев на остальное, — это не лечение, а лотерея.
И ещё: у мужчин картина шире, чем один тестостерон. Тревожность, нарушения сна, поредение волос в теменной области, ухудшение памяти — за этим нередко стоит дефицит прогестерона или эстрогенов, которые годами объясняют одним тестостероном и не находят объяснения.
Начинать стоит не с назначения, а с вопроса. На ddoctors.ru лежат опросники на дефицит тестостерона, эстрогенов и прогестерона: пара минут, интерпретация сразу. А это повод задать следующий вопрос, но уже врачу.
29 ноября на XX конгрессе ISSAM Леонид Ворслов открывает первый день докладом «Митохондрии — завод по производству тестостерона. Как не позволить ему остановиться раньше времени?». В тот же день Фарид Саад представит двадцатилетние результаты наблюдения, начавшегося с Moscow Study, а Ребекка Глейзер и Валерия Кононова — два доклада о тестостероне в женском здоровье.
Программа: issam.ru/programma